«Роскосмос», похоже, всерьёз увлёкся идеей создания отечественного аналога американской орбитальной группировки «Starlink».
Только в январе 2026 года руководитель госкорпорации Дмитрий Баканов заявил о том, что спутники для голосовой связи и широкополосного доступа в Интернет будут поставлены на конвейер, а уже 10 июня подписан государственный контракт, из которого следует, что исполнителем станет холдинг «Российские космические системы» (РКС), а для финансирования работ планируется привлечь средства частного бизнеса, который хочет заработать на космическом сервисе.
Как заявил гендиректор РКС Дмитрий Аватайкин, связь с предпринимательским сообществом даёт понять: первых частных инвестиций можно ожидать уже в 2026 году.
— Государственно-частное партнерство объединит компетенции и технологии ведущих государственных предприятий отрасли с возможностями частного сектора и удовлетворит его потребности, — сказал Аватайкин.
Согласно планам, система будет состоять из 102 малых космических аппаратов, работающих в разных диапазонах частот и нескольких орбитальных плоскостях на высоте от 500 до 1500 км. В первую очередь, это позволит обеспечить стабильной связью регионы, где нет ни наземных кабельных сетей, ни сотовых вышек, а это — более 60% территории России.
Если сопоставить то, что рассказал гендиректор РКС в июне, с январским заявлением главы «Роскосмоса», то напрашивается вывод: русских аналогов «Starlink» будет несколько, поскольку Баканов говорил о 300 аппаратах связи на низких орбитах.
Очевидно, «Российские космические системы» на частные средства займутся созданием группировки гражданского и коммерческого сектора, а остальные спутники будут делаться (или уже производятся) по оборонному ведомству.
О нужности гражданского космического интернет-проекта и перспективах частного бизнеса в освоении внеземного пространства «Свободной Прессе» рассказала эксперт по аэрокосмическому бизнесу и праву, автор тг-канала Yuri’s Night Анастасия Медведева:
— У нас практически отсутствует система спутниковой связи для потребителя. Мы рассчитывали на то, что будем пользоваться уже готовыми орбитальными группировками, которые создают западные коллеги. Starlink используется в разных странах и для разных целей.
Но сейчас мы видим, что нам нужна собственная спутниковая система.
Сейчас наши спутники связи стоят на геостационарной орбите (на высоте около 35 786 км над экватором — «СП»). Это безумно дорогие запуски. Запуск небольших спутников на низкие орбиты значительно дешевле.
Да, растут затраты на износ оборудования, аппараты придётся менять примерно каждые 5 лет, но зато всю группировку можно запустить двумя или тремя ракетами.
По цене это — значительно дешевле. И с точки зрения модернизации хорошо: каждые 5 лет можно улучшать систему.
Вместе с нашими спутниками можно брать и иностранные коммерческие спутники. Это приведёт и к росту количества стартов. В прошлом году у нас было 17 космических пусков (а у американцев более 300).
А сама система нужна не только для удалённых регионов (Арктики и Камчатки). Сейчас, даже проживая в Москве, люди сталкиваются с отсутствием мобильной связи. Спутниковая связь в этом смысле более лояльна.
«СП»: РКС и «Роскосмос» надеются, что к проекту подключится бизнес. Но до сих пор вся история государственно частного партнёрства была, мягко говоря, неудачной. Первая в России частная космическая компания Сергея Сопова S7 Space начала создаваться в 90-е годы: раньше, чем SpaceX Илона Маска. Но в итоге была оформлена лишь в 2016 году, чтобы обанкротиться в период пандемии.
Почему у нас не получалась работа частного бизнеса с космосом раньше, и что изменилось, чтобы смотреть на новые опыты с оптимизмом?
— Во-первых, у нас не было законодательства о государственно-частном партнёрстве (ГЧП) в космосе. Оно появилось меньше двух лет назад: ФЗ-196 вступил в силу 22 июля 2024 года. Когда все в нашей стране «внезапно поняли»: у государства не хватит денег на все внеземные проекты.
С тех пор ГЧП развивается и стало уже нарицательным в космосе.
У частного капитала, конечно, есть свои «затыки»: это отсутствие знаний и технологий; и страхи, которые у инвестора всегда вызывает срок возврата инвестиций.
А в космосе этот срок всегда был выше, чем в других видах бизнеса.
Сейчас ГЧП в России занимаются все крупнейшие банки, все серьёзные государственные игроки.
Но часто, когда они приходят с предложениями о партнёрстве в частную компанию, то там отвечают, что влезать в ГЧП им не интересно, потому что это рискованно, и вообще сейчас не время.
Но в космической отрасли сегодня можно создать комфортные условия для частника.
Он выступает не в качестве основного заказчика, а участвует в проекте, который государство уже спроектировало, испытало, доказало эффект и практически подготовило. Участие бизнеса нужно для ускорения сроков реализации.
Для частных инвесторов большим плюсом является изначальная поддержка проекта со стороны государства. Это — гарантия окупаемости вложений.
«СП»: Проект, о котором мы говорим, если всё получится, станет первым в истории Российской космонавтики случаем, когда предприниматель вложился и не прогадал?
— Я думаю, что вторым. До этого реализовался пример с лизингом спутников. О том, что космический аппарат можно взять в аренду, начать эксплуатировать, а в дальнейшем — выкупить, объявили в 2024 году, и такие спутники уже на орбите. (В 2024 году состоялась первая в России сделка: Государственная транспортная лизинговая компания передала группе компаний «Спутникс» (входит в АФК «Система») три спутника дистанционного зондирования Земли «Зоркий-2М». В декабре 2025 года они отправлены в космос ракетой «Союз-2.1б» с космодрома Восточный, — «СП»).
Я думаю, что дальнейшее взаимодействие с бизнесом в космосе будет эффективным, потому что и законодательство есть, и исполнитель — «Российские космические системы» — это одна из самых уважаемых компаний, у которой всегда всё штатно.
И если РКС уже с отработанными технологиями обещает запустить эти малые космические аппараты, которые просты в сборке, в количестве 102 штук — это гарантированно будет исполнено.
Ваш комментарий будет первым